основным занятием для них оставался независимый мелкий бизнес. Поначалу едва
ли не большинство китайцев содержало рестораны и прачечные (традиционные для
китайских эмигрантов сферы деятельности), но потом все большее их количество
стало заниматься внешней торговлей, в основном -- с Тайванем. Это и понятно:
Тайвань, несмотря на свой маленький размер, быстро превращался в
экономического гиганта мирового масштаба, да и Корея не стояла на месте. В
то же самое время, несмотря на все ограничения, китайцам была предоставлена
корейскими властями одна немаловажная привилегия -- право находиться в
стране на постоянной основе. В этом отношении они отличаются от всех иных
иностранцев, которые легально находятся в Корее только постольку, поскольку
они имеют здесь официальную работу, и для которых потеря рабочего места
означает немедленный выезд из страны.
Золотым веком китайской общины было начало семидесятых годов, когда в
Корее проживало было 100 тысяч китайцев-хуацяо. Большинство китайских детей
Сеула учились в действующей там Сеульской китайской средней школе, и лишь
немногие посещали обычные корейские школы. В стране действовали магазины
китайской книги, весьма активно вел себя китайский культурный центр. В Корее
работали китайские кондитерские, продовольственные и промтоварные магазины,
аптеки, где можно было купить традиционные медицинские препараты (иногда,
увы, поддельные).
Во многом все это сохранилось и до наших дней, однако с конца
семидесятых численность китайского населения и активность китайской общины
стала быстро снижаться. Примерно в то время отношение к китайскому
меньшинству со стороны властей существенно улучшилось, но, как ни
парадоксально, несмотря на явные улучшения в своем формальном статусе и в
реальном положении, китайцы стали во все больших количествах покидать страну
и "возвращаться" на Тайвань. Впрочем, слово "возвращаться" в данном случае
не совсем точно: хотя практически все постоянно проживающие в Южной Корее
китайцы и являются гражданами Тайваня, число выходцев с этого острова среди
них измеряется буквально единицами.
Одной из причин начавшегося "возвращения" стало то, что китайская
молодежь, будучи выпускниками китайских школ, испытывает большие проблемы
при поступлении в корейские вузы. Подобно корейцам и японцам, китайцы
чрезвычайно высоко ценят образование. Вдобавок, в корейском обществе человек
без диплома -- это просто никто, у него почти нет шансов ни на карьеру, ни
на достижение материального благополучия. Поэтому все больше семей стало
перебираться на Тайвань, где их дети имеют куда больше возможностей
поступить в хороший университет и, соответственно, найти приличную работу
после его окончания. Те же китайцы, что все же решали связать свою судьбу с
Кореей, стали все чаще переходить в корейское гражданство (благо, условия
его принятия были для них несколько облегчены).
В результате сейчас в Корее находится 24 тысячи китайских (тайваньских)
граждан -- в четыре раза меньше, чем четверть века назад. Тем не менее,
китайская община остается достаточно заметной силой в жизни страны. Хотя
китайцы составляют менее десятой части всех находящихся в Корее иностранцев,
они -- единственные, кто находится здесь постоянно. Другие члены иностранной
общины -- американские военные, русские торговцы, рабочие из стран Южной
Азии, разнообразные преподаватели английского и прочих языков -- все они в
Корее, по большому счету, люди временные, никто из них не собирается
провести здесь больше чем несколько лет. Китайцы -- это исключение.